Духовно-религиозные аспекты реабилитации лиц с психическими и поведенческими расстройствами, обусловленными в том числе злоупотреблением психоактивными веществами (часть 2)




НазваниеДуховно-религиозные аспекты реабилитации лиц с психическими и поведенческими расстройствами, обусловленными в том числе злоупотреблением психоактивными веществами (часть 2)
страница1/3
Дата публикации12.12.2013
Размер0.52 Mb.
ТипДокументы
www.zadocs.ru > Философия > Документы
  1   2   3
Духовно-религиозные аспекты реабилитации лиц с психическими и поведенческими расстройствами, обусловленными в том числе злоупотреблением психоактивными веществами (часть 2).



  • Берестов А.И. – игумен, д.м.н., руководитель Душепопечительского православного центра святого праведного Иоанна Кронштадтского Московской Патриархии, г. Москва

  • Каклюгин Н.В. – к.м.н., врач психиатр-нарколог, сотрудник научно-методического отдела Душепопечительского православного центра святого праведного Иоанна Кронштадтского Московской Патриархии, г. Москва

e-mail: psihodoctor@narod.ru
Ф.В. Кондратьев считает, что «наркомания как заболевание становится медицинским объектом лишь тогда, когда развивается синдром зависимости и соматические расстройства. Но источник развития этой патологии лежит все в том же – в изначальной духовной пустоте. Полную утрату смысла жизни как причину своих проблем называют почти 100% наркоманов с суицидальными намерениями. Медикаментозное лечение наркоманий практически безрезультатно, если больным не раскрыть потенциальный смысл их жизни. Эффективность практики профессора, иеромонаха отца Анатолия Берестова, который пытается с Божию помощью открыть духовный смысл жизни страдающим наркоманией, показывает, что возврат к психическому здоровью лежит именно на пути к религиозности» [50].
В то же время сегодня одни психологи, пытаясь рассматривать религиозный путь преодоления зависимого поведения как некое исключительно психологическое явление, считают возможным утверждать, аргументируя свою позицию высказываниями современных авторов, в частности, Пауля Тиллиха о том, что «нередко мужество быть, создаваемое религией, есть не более чем желание человека ограничить собственное бытие и закрепить это ограничение властью религии». Далее по тексту: «И даже если религия не подталкивает человека к патологическому самоограничению или не поддерживает такое самоограничение прямо, она способна ограничить открытость человека к реальности, прежде всего к реальности самого себя». Другие психологи пытаются ставить знак равенства между феноменом религиозности и религиозной аддикцией. Наш досточтимый коллега в своей работе «Клерикализация как новое явление в российской наркологии» ссылается на мнение заведующего кафедрой медицинской и общей психологии Казанского государственного медицинского университета, доктора медицинских наук, профессора В.Д. Менделевича, согласно которому «религиозную аддикцию» следует рассматривать как один из видов зависимого поведения: «Религиозная зависимость, как и любая другая, становится одним из способов бегства от тревоги ответственности, необходимости решать свои личностные и духовные проблемы», - утверждает профессор В.Д. Менделевич [89]. Наш оппонент, Ф.Б. Плоткин, также представляет одинаково незрелым поступком человека и обращение к религии, и потребление психоактивных веществ.
Выше мы уже показали, что подобные утверждения чрезвычайно далеки от реальности. Безусловно, не только в древних манускриптах, но и в современной науке (психиатрии, психологии, теологии, философии, антропологии) истинное религиозное чувство, равно как и духовность, считаются феноменами, активизирующими наивысший уровень личности – духовный. Это чувство не есть желание уйти от личной ответственности за свои поступки и признать над собой беспрекословную власть религии. И это не такая же, как и все иные, религиозная зависимость. Религиозность, как было доказано нами выше – это неотъемлемая часть личности человека, точнее, его ипостаси. Та часть, без которой невозможен процесс преображения по природе своей неполноценного человека в цельную личность, способную к созиданию внутренней гармонии и чистоты не только в себе, но и в окружающем мире. Поскольку атеизм принципиально не признает разноплановую специфику религиозности, утверждения нашего оппонента, а также цитируемых им П. Тиллиха и профессора В.Д. Менделевича в свете всего вышесказанного являются ни чем иным как вульгарным редукционизмом. Духовно ориентированный, религиозный путь преодоления зависимости, формирование и развитие навыка трезвения представлять как переключение на аналогичную другим зависимость, перекладывание личной ответственности на Бога, абсолютно безграмотно и, более того, антинаучно.
Если бы наш оппонент попытался хотя бы в общих чертах ознакомиться с основами православного вероучения, он бы признал, что прийти в храм и неукоснительно следовать догматам Русской Православной Церкви, старательно обрывая путы зависимостей, очень непросто. «Вера – отнюдь не пассивный акт, чтобы встать на ее сторону (поверить), нужно приложить усилия, проявить решимость, ибо мера веры может быть равна мере неверия, и надо превозмочь последнюю через нередкую борьбу («внутреннюю брань»)» [17].
При этом, крайне важно, как нами уже отмечалось выше, уметь дифференцировать истинную религиозность и ее суррогат или психопатологию, а также учитывать тот факт, что часть тоталитарных деструктивных культов («сект») современности вовлекают алкоголиков и наркоманов в свою деятельность, под прикрытием религиозных идей при помощи определенных психотехник переключая их с химической зависимости на еще более стойкую зависимость от группы и ее идеологии. В современной научной литературе описан целый ряд признаков, позволяющих отличить традиционное религиозное течение от псевдорелигиозных новообразований, создающих из обратившихся за помощью лиц адептов с порабощенной волей и потерянной личностной самоидентификацией [46, 47, 51, 52]. Однако это особый разговор, не требующий детального разбора в данной работе. Здесь мы говорим о христианстве и только о нем.
Как указывает в своем труде «Православная психотерапия. Святоотеческий курс врачевания души» митрополит Иерофей (Влахос), «цель христианства – достичь блаженного состояния обожения. Обожение и подобие Божие отождествляются между собою. Но, чтобы достичь этого подобия и созерцания Бога и чтобы само это созерцание оказалось животворящим светом, от человека предварительно требуется очищение. Это очищение и исцеление являются делом Церкви. Если же христианин принимает участие в обрядах, не подвергаясь животворящему очищению, хотя сами внешние проявления культа имеют целью именно очищение человека, он не живет в Церкви по-настоящему. Христианство без очищения – это утопия. Благочестивым является тот, кто обуздывает язык и не обманывает свое сердце, но очищает его от внутренней скверны, и религия – это не только проявление заботы о страдающих, но главным образом хранение себя в чистоте от мирских дел. Тот, кто заботится о своем очищении, является религиозным и принадлежит к религии» [26].
Данное отличие дает право утверждать, что христианство – не философия и не религия в том смысле, как «естественные» религии, прежде всего это искусство врачевания. Это, подчеркнем еще раз для наших коллег, не знакомых с Православием, исцеление человека от его страстей, служащее для достижения им в дальнейшем общения и единства с Богом. В этом заключается сотериологический, душеспасительный аспект истинно духовной работы, которая способна дать действительное освобождение и в то же время принести удовлетворение от познания законов духовной жизни. В результате участия в церковных Таинствах, общинной жизни, работы с духовником и общиной, совмещенных с изучением произведений сподвижников православной веры, паломническими поездками и т.п., вместо невнятного «виртуального» катарсиса происходит действительное и реальное преображение (греч. μεταμορφóσης) зависимой личности в свободную, т.е. а) способную к разумному выбору и б) имеющую произволение (волю) к ответственности за актуализацию Божьих даров личность. Конечно, более точным в этом отношении было бы слово «ипостась», но так уж сложилось, что психология еще в момент своего зарождения заимствовала слово «личность» из христианской антропологии и затем приспособила его к земным представлениям о духовности, лишила связи с трансцендентальным Божественным миром и тем самым – высшей ответственности, без которой становление преображенной личности, ее абилитация, невозможны [38]. Именно благодаря христианству сформировался современный статус личности и сам феномен личности – человека, как уникального, свободного и разумного существа, ценность которого определяется чем-то более высшим, чем одной принадлежностью к роду, к «государству-городу» запада или «патриархальной деспотии» востока [41].
Православие приносит жизнь, преображает жизнь биологическую, при этом освящает и духовно преображает все общество. Православие, если мы воспринимаем его правильно и живем в Духе Святом, представляет собой общение Бога и человека, небесного и земного, живых и усопших. И в этом общении все проблемы, возникающие в нашей жизни, становятся проблемами низшего порядка, решаемыми и по сути ничего не значащими [26]. И химическая зависимость – это лишь малая часть тех страстей, которые могут овладевать человеком, к контролю за которыми стремится Православие. И ни в коем случае христианскому вероучению не может быть приписана функция «опиума для народа». Это лекарство и для оздоровления личности, и для укрепления общества.
И с этой точки зрения, рассуждения нашего уважаемого оппонента над интерпретацией смысла высказываний Карла Маркса о дефиниции религии как «опиума для народа» или «опиума народу» не представляют интереса для современной науки. Целесообразно на страницах журнала «Наркология» размышлять не над философским значением того или иного понятия, занимаясь по сути своей словоблудием, а над тем, каким образом и с чьей помощью возможно повысить эффективность реабилитационных мероприятий для лиц, страдающих той или иной формой зависимого поведения.
Нам вполне понятно, почему наш коллега из Беларуси никак не может понять, в чем же смысл Православия и что Оно может предложить попавшему в сети зависимости человеку. Дело в том, что христианский взгляд на человека зиждется на утверждении двух одинаково неприемлемых гуманистическим секулярным сознанием положений: «заданном» богоподобном величии человека (Быт. 5:1) и, в то же время, настолько глубокой его болезненности, что Самому Богу потребовалось прийти, чтобы, как поется в тропаре предпразднества Рождества Христова, «прежде падший воскресити образ». Отсюда христианством достаточно четко определено «стратегическое» направление духовно-нравственного преображения человека, о котором должен знать каждый специалист, так или иначе работающей с человеческой личностью. В своем существе оно таково.
Подлинно совершенный человек – это Христос, новый человек (Еф. 2:15), а так называемый «обычный», так называемый мирской человек духовно ненормален, болен, поскольку все его свойства повреждены и искажены в Адаме. Поэтому задачей общества является созда­ние таких условий, которые не только не давали бы прогресси­ровать болезни, но и способствовали бы ее исцелению [81]. Неосознанная вина за грех Адамов – экзистенциальная тревога, свобода от которой обретается в Таинстве Крещения обратившегося к чувству «общечеловеческой вины». Постепенно прибавляется чувство индивидуальной вины за совершаемые поступки, освобождение от которого человек получает (вместе с освобождением от самого греха) через осознание своего греха, покаяние и Таинство исповеди [106]. По-другому избавиться от голоса совести можно лишь иным способом его заглушив, что в конечном итоге приводит к «проблемам» типа тех же алкоголизма и наркомании.
Христианство рассматривает проблему зависимостей не как некий феномен человеческой личности, но как приобретенное со времени грехопадения свойство, органически вошедшее в состав человека. Для христианства конкретные зависимости – лишь метастазы раковой опухоли, сутью которой является греховное зерно, унаследованное от «непослушания Адама». Зависимость от твари, а не от Творца, который создав человека, поставил его выше всей остальной твари. И главная зависимость – это зависимость от своего «Я», делегированного на правление заблудшим разумом «alter ego». А поскольку истинная жизнь для христианства начинается за вратами смерти, то всей целью этой суетной жизни именно освобождение от зависимостей.
Все святоотеческое учение о человеке, или так называемая антропология Святых Отцов открывает не столько абстрактно-научную трихотомию человеческой личности, сколько учение о единстве греховных наклонностей, их влиянии на все уровни личности человека и способы противодействия развитию в человеке греховных страстей. По сути, это учение представляет из себя материал, который лишь небольшой своей частью может быть воспроизведен в современной психологии. Как мы уже писали выше, греховность человека преодолевается через покаяние, то есть работу над чувством вины за соделанные грехи.
Очень тонкое замечание по поводу связи чувства вины и греховности сделал Р. Кочюнас [106]. Он призывает психологов к осторожной работе с чувством вины, ибо не всегда надо стремиться освободить человека от него, иногда, по его мнению, надо помочь клиенту пережить неизбежность чувства греховности, заложенной в природе человека. Возрастание в духовной жизни совершается по законам, установленным не человеком, но Богом, и психотерапия не должна находиться «вне» («выше») этих законов [56].
Сущность человека – в свободном становлении, образовании, творении себя.
Митрополит Сурожский Антоний приводил слова русского религиозного философа А.С. Хомякова, который показал, что славянский корень слова «свобода» имеет смысл «быть самим собой» [106]. Другими словами, не зависеть ни от чего.
Известный педагог и публицист, доктор богословия, профессор Московской духовной академии А.И. Осипов выделяет три смысла свободы.
Первый из них он называет метафизическим пониманием свободы. Речь здесь идет о простой вещи – о свободе воли человека как образа Божьего, о свободе, характеризующейся наличием в человеке способности выбора, внутреннего выбора, между добром и злом. Свобода воли является фундаментальным свойством человеческой природы. Эта свобода, с христианской точки зрения, является тем свойством личности, утрата которого приводит к полной деградации личности. Христианство говорит: «Бог не может нас спасти без нас, то есть именно без нашей свободы, без нашего произволения». Вот эта возможность внутреннего самоопределения личности перед лицом добра и зла является одним из самых фундаментальных свойств человеческой личности [81].
Есть второе понимание свободы. Оно связано с возможностью реализации личности в условиях ее жизни в обществе, в социальных условиях, в окружающем мире. Здесь речь идет уже о свободе действий человека. Можно назвать эту свободу внешней свободой. Это достаточно широкое понятие, но в нем наиболее актуальным вопросом современности является именно вопрос о правах, или свободах, человека.
Христианство указывает на третий вид свободы, с христианской точки зрения – самый важный. Речь идет о духовной свободе. И эта третья категория – духовная свобода – означает не что иное, как власть человека над своими страстями. Эта, духовная свобода, а не внешняя, является высшей це­лью исканий христианина, кото­рая приобретается им только в процессе правильной аскетиче­ской жизни. Эта правильная жизнь приобщает человека к Богу, делает его созвучным Богу, подобным Богу, преподобным Богу. Апостол Павел говорит: «Где Дух Господень, там свобода» (2 Кор. 3:17). Разъяснение, что это за жизнь, какие существуют в ней законы, по каким критериям можно судить о правильности или неверности избранного пути, какие, наконец, ступени проходит в ней христианин, достигая свободы, - это уже материал для отдельной публикации [81].
В. Франкл, по сути отражая позицию христианства, отмечал, что человек свободен благодаря тому, что его поведение определяется, прежде всего, ценностями и смыслами, локализованными в ноэтическом, высшем духовном измерении и не подверженными детерминирующими воздействиями со стороны факторов нижележащих уровней. «Человеческое бытие всегда стремится за пределы самого себя, всегда стремится к смыслу. Тем самым главным для человеческого бытия является не наслаждение или власть и не самоосуществление, а скорее, осуществление смысла», – утверждает В. Франкл [102]. Его учение восстановило для современной психиатрии целостное представление о человеке. Вопреки материалистическим догмам, отрицавшим духовность, оно утверждает: «Человек – это большее, чем психика: человек – это дух» [102].
При этом нам абсолютно непонятна озабоченность В.Д. Менделевича, на которую указывает Ф.Б. Плоткин, по поводу того, что «одной из насущных проблем биомедицинской этики и медицинского права в области наркологии является «неоморалистский подход», при котором к научным дискуссиям на правах равных партнеров приглашаются представители церквей» [71]. На самом деле ничего удивительного в этом нет. Это вполне закономерный процесс, поскольку высокое качество реабилитационной работы с аддиктами, как уже было показано выше, не может обеспечиваться без воздействия на духовный уровень личности. Поэтому совершенно естественно, что к научным дискуссиям в сфере психологии, антропологии, психотерапии, психиатрии и наркологии на равных правах в России в последнее время все чаще и чаще стали подключаться представители традиционных для России религиозных конфессий, священники, а также специалисты, работающие с ними плечом к плечу.
Мы должны понимать, что религиозность исходит от религиозного чувства как
  1   2   3

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

Духовно-религиозные аспекты реабилитации лиц с психическими и поведенческими расстройствами, обусловленными в том числе злоупотреблением психоактивными веществами (часть 2) iconДуховно-религиозные аспекты реабилитации лиц с психическими и поведенческими...
Берестов А. И. – игумен, д м н., руководитель Душепопечительского православного центра святого праведного Иоанна Кронштадтского Московской...

Духовно-религиозные аспекты реабилитации лиц с психическими и поведенческими расстройствами, обусловленными в том числе злоупотреблением психоактивными веществами (часть 2) iconДыхание Чейна-Стокса
Дыхание Чейна-Стокса возникает у больных с тяжёлыми расстройствами мозгового кровообращения (атеросклероз, опухоль мозга, кровоизлияние...

Духовно-религиозные аспекты реабилитации лиц с психическими и поведенческими расстройствами, обусловленными в том числе злоупотреблением психоактивными веществами (часть 2) iconНаша деятельность
Тюменская региональная автономная некоммерческая благотворительная организация помощи инвалидам и иным лицам с тяжелыми и множественными...

Духовно-религиозные аспекты реабилитации лиц с психическими и поведенческими расстройствами, обусловленными в том числе злоупотреблением психоактивными веществами (часть 2) iconЭтнос, общество, государство. Основные аспекты реабилитации вайнахов (1957 1990 гг.)

Духовно-религиозные аспекты реабилитации лиц с психическими и поведенческими расстройствами, обусловленными в том числе злоупотреблением психоактивными веществами (часть 2) iconИван IV васильевич Грозный: мифология и духовно-политические аспекты реформ Учебное пособие
Иван IV васильевич Грозный: мифология, духовно-политические и социально-экономические основы реформ. Учебное пособие / гоу впо рхту...

Духовно-религиозные аспекты реабилитации лиц с психическими и поведенческими расстройствами, обусловленными в том числе злоупотреблением психоактивными веществами (часть 2) iconПриказ от 20 августа 2001 г. N 337 о мерах по дальнейшему развитию...
Врачебно-физкультурных диспансеров преобразована в центры медицинской профилактики с сохранением за ними, в том числе, функций медицинского...

Духовно-религиозные аспекты реабилитации лиц с психическими и поведенческими расстройствами, обусловленными в том числе злоупотреблением психоактивными веществами (часть 2) iconМатвеева н. В. Теоретические и практические аспекты физической реабилитации...
Горлов а. А., Васильева в. В., Кулик н. М., Пономарев в. А., Бобрик ю. В., Кадала р. В., Матвеев о. Б., Нефёд ю. Г

Духовно-религиозные аспекты реабилитации лиц с психическими и поведенческими расстройствами, обусловленными в том числе злоупотреблением психоактивными веществами (часть 2) iconСтатья 128
К объектам гражданских прав относятся вещи, включая деньги и ценные бумаги, иное имущество, в том числе имущественные права; работы...

Духовно-религиозные аспекты реабилитации лиц с психическими и поведенческими расстройствами, обусловленными в том числе злоупотреблением психоактивными веществами (часть 2) iconВоп. Особенности регулирования ин инвестиций на лвусторонней основе и …
Вложение ин-го капитала в объект пред-кой деятельности на территории РФ в виде объектов гражданских прав: вещи; иное имущество (в...

Духовно-религиозные аспекты реабилитации лиц с психическими и поведенческими расстройствами, обусловленными в том числе злоупотреблением психоактивными веществами (часть 2) icon-
Произведение является результатом интеллектуальной деятельности и как объект исключительного права охраняется законом. Ни одна часть...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
www.zadocs.ru
Главная страница

Разработка сайта — Веб студия Адаманов